Денис
Я всегда знал, что Саша сбежит обратно. Просто за эти годы он так и не забыл своего Артема.
Когда я увидел взгляд Саши, рассматривающий нас с Костей, я сорвался и накричал на него. Потому что надоело видеть в глазах людей непонимание и осуждение. Но Саша признался, что ему нравится… мужчина. Из его уст это звучало так, будто настал конец света. Он был растерян и… просто по уши влюблен.
Ему не к кому было пойти за советом, поэтому он рассказывал все мне. Задавал вопросы, пытался понять, что и почему между ними происходит. Я кожей чувствовал его страх от непонимания матери, от того, что их отношения с Артемом начинают развиваться. Но Саша не отступал. Это меня восхищало. Я в его годы, осознав, что меня тянет к мальчикам, старался выбросить все эти мысли из головы, избегать понравившихся мне парней. А он…
Тогда во мне взыграла гордость. Парень доверился мне. Я могу давать ему советы. И радоваться его маленьким победам вместе с ним. Он просил его прикрыть, и я с радостью соглашался. К тому времени у нас с Костей отношения пошли на спад, и работа помогала забыться.
Если честно, то я думал, что у них ничего не получится. Я думал, что Артем просто использует Сашу, потому что тот еще наивен. Но после его слов о том, что он провел с ним ночь, но Артем этим не воспользовался, я понял, что можно быть спокойным за Кису. Тут-то и оказалось, что далеко не все так просто.
После Питера я ждал его счастливым и сугубо смущенным. Но Сашу будто подменили. Я вновь чуть было не свалил все на Артема, подумав, что тот просто уже получил от мальчишки все, что хотел и решил от него избавиться. Но все оказалось куда серьезнее. Саша уедет учиться. Он стал нервным, рассеянным, невнимательным. Действия его матери добили мальчишку окончательно. И Артем тоже отступился. С одной стороны отрезать все концы разом было правильным решением, но он не подумал о том, что у Саши в этом случае вообще никого не останется.
Когда он пришел ко мне со слезами на глазах, я не ожидал, что будет так сложно. Тот день сломал в нем веру хоть во что-то хорошее. Я позже доломал остальное.
Пуститься в Питер, чтобы начать собственное дело, было чистым безумием. Я знал, что таких покорителей, как я, там тысячи. Поэтому решил воспользоваться Сашей. Наобещал ему с три короба. Но, по-моему, он согласился потому, что нужно было хоть что-то делать, чтобы не пуститься во все тяжкие. У него был талант, я умел вертеться и находить места, где этот талант можно применить. Но Саша все чаще терял во все надежду. Он становился безразличным ко всему.
Моей ошибкой было то, что я решил, что парню лучше обозлиться на весь мир. Это было бы хоть каким-то чувством. Мне удалось это сделать, переспав с ним. Я думал, что он будет упираться и хранить верность своему Артему и дальше, но он с любопытством наблюдал за тем, как я ласкаю его тело, прислушиваясь к своей реакции, и позволил мне сделать все, что заблагорассудится. На утро мы поругались. Он винил меня в том, что я нарушил уговор: никаких отношений между партнерами по работе. А я ударил по самому больному. Просто сказал, что его Артем наверняка не мучается угрызениями совести после ночи с кем-то другим. Я довел его до новой истерики. Она сорвала ему тормоза.
Теперь я все чаще вылавливал его в клубах, в постели с незнакомыми парнями, пьяного и с расширенными зрачками.
Я бросал ему вызов за вызовом, находя все новых и новых заказчиков. И вскоре наши дела пошли в гору. Когда он сказал, что хочет бросить учебу, я чуть было не согласился, потому что мы уже не справлялись, а лицо было терять нельзя, но мне нужен был хоть один дипломированный специалист, чтобы двигаться дальше.
Саша окрысился, стал наглым и заносчивым. Меня это устраивало.
Только он все равно ждал. Ждал хоть какого-то знака от Артема. Потому что следил за развитием его дел. Потому что не желал возвращаться домой. Потому что непроизвольно рисовал его, когда задумывался.
Известие о встрече выпускников поставило точку в наших делах. Я понял, что он хочет убедить себя, что больше ничего не испытывает к Артему, что тот без него счастлив. Только это было не так. Я не знал, что стало с этим Артемом, но Сашу видел насквозь. Тогда и предложил ему этот план. Мы заранее подготовили бумаги на продажу его части фирмы. Оставалась только подпись и Саша получит кругленькую сумму и еще полгода своего обычного дохода.
- Даже если вдруг вы снова будете вместе, он ни за что не продаст свое дело, чтобы рвануть за тобой сюда, - сказал я ему в офисе перед отъездом.
- Этого не потребуется. Потому что если он все так же любит меня, то я уговорю его продать фирму.
- Саш, ты не вернешься в Питер.
- Посмотрим, - самоуверенно заявил он мне.
Артем оказался привлекательным мужчиной тридцати с небольшим лет. И что самое интересное, он действительно любил Сашку. А еще ревновал.
Казалось, что посмотри я на его мальчика чуть более плотоядным взглядом, чем нужно, и он зароет меня, не отходя от кассы. Хотелось, конечно, его подразнить, но я не стал портить малину. Он и так еще намучается с этим чертенком, потому что характер у Сашки все же не сахар.
Я сидел у окна в темном номере, специально выключив свет, и потягивал виски, вспоминая былые годы. И совсем забыл про гостя, которого жду, чтобы отдать пару вещей. Он напомнил о себе стуком в дверь, и мне пришлось пойти открывать.
На пороге стоял Артем, только помолодевший лет на десять и постриженный по-другому. Из-за света бившего мне в лицо из гостиничного коридора я не сразу заметил, что у парня волосы намного светлее.
- Привет, ты Глеб?
- Да. А тебя как зовут? - парень казался потерянным и немного удивленным, когда заглянул в комнату, а там была темнота. - Я тебя разбудил?
- Нет, не разбудил. Я Денис, - протягиваю руку и по привычке пожимаю чуть дольше. – Проходи.
Он заходит и, когда я закрываю дверь, теряется в темноте.
- А ты в темноте обитаешь? Может включим свет? - Глеб налетает на кресло и начинает материться.
Включаю свет и морщусь. Все же в темноте мне думается лучше. Хотя… Я только сейчас понимаю, какой беспорядок в комнате и что здесь есть вещички этого Глеба. Перевожу взгляд на парня. Он выглядит помятым.
- Что, и тебя их разборки зацепили? – наружу вылезает ехидство.
Сашка точно спал с этим парнем.
- Зацепили еще в школе, - усмехается он, потирая ушибленное колено и обводит взглядом комнату, не удивляясь беспорядку. Значит, уже его видел.
- Погоди, так учебник твоих рук дело? Ты, выходит, его племянник.
Так вот откуда сходство. Теперь все ясно.
Он разводит руками, ничего не отрицая.
- А где мои вещи? - он начинает оглядываться, пытаясь найти взглядом хоть что-то во всем этом беспорядке.
- На столике, - киваю ему. – Хотя ты посмотри. Может, чего еще найдешь…
С интересом наблюдаю за ним. Парня явно не радует сложившаяся ситуация. Эх, Сашка, что же ты с нами со всеми сделал? Впрочем, мне грех жаловаться.
- Как ты можешь жить в таком бардаке? - Глеб убирает ключи от машины в карман и, видимо, понимает, что найти что-то еще вряд ли получится.
- Вообще-то это ваш бардак, а я здесь всего те два часа, что ожидаю тебя и не намерен убираться ради одной ночи, после которой сваливаю обратно в Питер, - вот только еще упреков от еще одного мальчишки мне и не хватало. – Не желаешь прибраться?
- За эти два часа номер могли убрать несколько раз, - парень подходит к кровати и нагибается, чтобы заглянуть под нее, а потом достает от туда ноутбук.
- Боюсь, что скандалы по поводу безнадежно испорченных ковров и вымазанных в краске стен, я выслушаю лучше утром.
Не берусь предполагать, что вытворял здесь Сашка, но такое ощущение, что он по стенам ходил, капая краской и смущенно размазывая ее босыми ногами.
- Ну как хочешь. Вроде самое важное нашел, все остальное прощаю, - Глеб убирает записную книгу и ноутбук в сумку и еще раз напоследок оглядывает комнату.
- Как думаешь, у них все будет хорошо теперь? Или любовная лодка разобьется о быт? – задумчиво спрашиваю, потому что реально интересно, уживутся ли они вместе, ведь в этом плане, наверняка, совершенно разные.
- Не знаю, - вздохнул он, садясь в кресло. - Надеюсь, что у них все получится, - также задумчиво ответил Глеб.
- А что, если нет? – открыто рассматриваю парня.
Кажется, его все это зацепило очень сильно.
- Тогда это их проблемы, - он посмотрел на меня с вызовом.
- Ты что, не мог женить своего дядюшку на ком-нибудь? – засмеялся я. – Тогда, возможно, он бы достался тебе.
- Он бы не достался мне так же как и тебе в любом случае, - парень улыбается в ответ, на этот раз разглядывая меня.
Значит, я все же попал в точку.
- Я к этому не стремился. Мне будет сложно заменить его на фирме, только и всего. Сашка продал свою часть и остается здесь.
- Я безумно рад за Артема. Зачем ты все это мне рассказываешь? - Глеб подпирает подбородок рукой и не сводит с меня глаз.
Пожимаю плечом. Сам не знаю…
- Мне завидно.
- Вдруг захотелось большой и светлой любви? - он начинает смеяться.
- Ну, на такое я не смею надеяться.
Просто теперь у меня нет человека, которому я мог бы довериться. Только зачем я распинаюсь перед Глебом?
- Чем же всех так притягивает Питер? - Глеб будто просыпается, а его настроение стабилизируется.
- Красивый город. Жаль, что холодный.
Подхожу к столику и беру недопитый бокал с виски. Из-за включенного света в окне отражаюсь я и комната. У меня тут же появляется навязчивое желание его выключить, что я и сделал спустя минуту, не спрашивая Глеба.
- Это тонкий намек на то, что мне пора? - слышу его голос.
- Нет. Виски будешь?
- Буду. Я никуда не спешу, - Глеб встает с кресла и подходит к окну, чтобы посмотреть на ночное небо.
Плеснув в другой стакан и долив в свой, с усмешкой произношу тост:
- За судьбу и различия.
Глеб лишь усмехается в ответ, а потом отпивает из стакана.
- Странно все это, - произносит он в полголоса все еще разглядывая людей на улице.
- Не то слово, - выдыхаю я и снова замолкаю.
Почему-то рядом с Глебом говорить совсем не хочется. И молчать получается как-то уютно, ненапряжно.
- Почему ты сидишь вечером в отеле, а не развлекаешься где-нибудь? - он бросает взгляд на меня.
- Ты не поверишь, - поворачиваюсь к нему и доверительно сообщаю: - Тебя жду…
- Делать тебе нечего... Я мог бы приехать и завтра, - он садится на подоконник и рядом ставит свой стакан.
- Отчего же нечего? Отправил в офис фотографии Сашкиных макетов. Ребятам их в среду представлять одним.
Сажусь в кресло напротив него и смотрю снизу вверх.
- Трудоголизм это заразно? - Глеб отпивает виски и смотрит на меня.
Смеюсь ему в ответ. Я очень много сил вложил в это дело.
- Ну, Сашка тебя явно не трудоголизмом заражал, судя по количеству пустых бутылок.
- Это мы развлекались... - машет рукой он, но замечаю как его хорошее настроение мгновенно испарилось.
- Он это умеет, только о последствиях думать приходится другим людям.
- Денис, - зовет он меня по имени, - можно я сегодня останусь здесь, а то до смерти не хочется быть в одиночестве? Я не буду мешать.
Я напрягся. Одно дело просто разговаривать с человеком и совершенно другое оставаться на ночь с привлекательным парнем. Ему ведь и так досталось из-за того, что он встрял между этими влюбленными идиотами.
- Оставайся.
- Спасибо, - Глеб достает сигареты и закуривает, вновь задумываясь о чем-то.
- Кошмарная привычка, - говорю я, выхватывая сигарету и бросаю на и без того грязный пол.
Меня бесило, когда курил Сашка, но он хотя бы делал это красиво.
Он тушит ее ногой и недовольно смотрит на меня.
- Что?
- А просто попросить нельзя?
- Я привык к тому, что просьбы обычно никто не выполняет.
Особенно Сашка, который все время все делает наоборот. Все, пора выбрасывать из головы этого мальчишку.
- Я же на него не похож, - пожимает он плечами и убирает волосы с глаз.
- Да я вижу…
Все-таки позволить ему остаться было плохой идеей. Теперь я как полоумный таращусь на него с одним лишь желанием затащить в постель.
- Тебе не пора спать? - он, видимо, замечает мой плотоядный взгляд.
- Нам, - поправляю его. – Номер-то одноместный.
- Не переживай за меня. Я позже догоню, - он мило улыбается.
- А я не переживаю, - подхожу к нему вплотную, еще не зная, что собираюсь сделать.
- Я не ради секса остался, - смотрит на меня как-то устало, а потом осушает свой стакан.
- А ради чего? – парень не такой ветреный, как мне показалось сначала.
- Я же кажется сказал зачем.
- Да, - усмехаюсь. – Оставаться в одноместном номере с незнакомым человеком на ночь, чтобы не было так одиноко… Гениально.
- Я могу уйти, - предлагает он.
- Можешь, - соглашаюсь я. – Но, насколько я понял, не хочешь.
Моя рука легко касается его щеки. Почему-то в отличие от Сашки с Глебом хочется быть мягким, ласковым.
- Предположим, - он с улыбкой смотрит на меня, а потом роняет стакан на пол, разбивая.